Кино экспресс

Главная страница » Книги » Железный бурьян

Железный бурьян

16.10.13 | Книга | Кино экспресс

Уильям Кеннеди


Уильям Кеннеди — пожалуй, один из самых тонких современных американских писателей. В нем нет идеологии и огромного американского пространства. Это не Норман Мейлер. Вроде бы Кеннеди не интересуют ни американская мечта, ни американские психопаты, ни куда же улетают утки зимой. Хотя он бродит где-то там же. Рядом. Больше всего впечатляет его филигранный стиль письма. И поэтому крайне удачно, что «Железный бурьян» (Ironweed; 1983) перевёл Виктор Голышев. И мы можем хотя бы почувствовать хороший американский.

О чем бы ни писал этот писатель, все у него получается крайне выпукло и предельно театрально. Поэтому и герои всегда слишком рваные, нервные и находящиеся «по ту сторону»: гангстеры, жулики, бродяги. Но если вы любите гнетущий реализм Стейнбека или грязные битнические следы Керуака, то отбросьте эту книжку к чёртовой матери.

Много лет назад я пытался читать Горького и Леонида Леонова. Это всегда было сложно делать, потому что Леонов очень длинный, а Горький очень нудный. Но при этом нельзя не признать, что «На дне» (1902), «Клим Самгин» (1925—1936) или «Вор» (1927) — прекрасные литературные идеи. Может быть, поэтому они столь успешны на Западе. Наше сознание реформирует текст и додумывает образы и сюжеты. Уильям Кеннеди не нуждается в додумывании. Он сделал все за нас. Психоделическая повесть об американском бродяге настолько компактна, что может заменить целые тома о несчастливых несчастливцах.

Собственно говоря, сюжетная канва проста. У главного героя, простого рабочего парня, происходит трагедия, которая переворачивает всю его жизнь. Трёхдневный ребёнок выпадает у него из рук и разбивается. Через некоторое время он совершенно случайно во время забастовки убивает человека. Наш герой остаётся жить в городе, но выбирает участь бродяги, алкоголика и буяна. И это несмотря на то, что семья простила, а закон не нашёл доказательств его вины. С этого начинается книжка. Двести пятьдесят маленьких страничек в духе Венедикта Ерофеева. Жизнь вонючих бомжей. Их маленькие радости и большие огорчения. Драки, смерть, попойки. С каждой страницей книга становится все более галлюциногенной. Мёртвые набирают плоть и общаются с героем так же легко, как и живые. Они в трамвае, на улице, в магазине — везде. Шуршание мёртвых наполняет книгу. Оно теснит живых.

Финал возвращает нас к началу. И у героя есть два пути: или повторить все, закольцевав историю, или вернуться в социум, изменив ход времени. Казалось бы, старость и зрелость толкают ко второму решению. И вроде бы писатель хочет того же. Как и Лев Толстой — спасти Анну Каренину. Но у каждого свой поезд и свои рельсы. И то, что в финале выглядит идиллией, мне кажется гигантской галлюцинацией, сном. Так как главная идея этого приятнейшего писателя близка каждому сомневающемуся. Проигрывать куда приятней, чем побеждать. А научиться жить с горечью и без претензий — это большая победа. Только вряд ли можно вкусить её плоды.

Содержание

Рубрикатор

Комментарии

Глас народа

Реклама

Наши партнёры
Больничные клоуны